Когда экономика движется в двух направлениях: разбираемся со стагфляцией

Когда в экономике одновременно падает производство, растет безработица и взлетают цены — это не просто плохо, это сложно. Такое явление называют стагфляцией, и оно создает перед политиками дилемму: лечить болезнь одним лекарством, значит усугубить другую.

История: как ОПЕК научила мир бороться со стагфляцией

Возьмем 1973 год. Организация арабских стран-экспортеров нефти введает эмбарго, поставки нефти резко сокращаются. Цены на энергоносители взлетают, начинается цепная реакция: дорожают товары, растет себестоимость производства, люди платят больше за топливо и еду.

Что делают центральные банки США и Великобритании? Снижают процентные ставки, надеясь стимулировать расходы и экономический рост. Логика понятна: дешевые кредиты должны подстегнуть инвестиции. Но в реальности получается по-другому. Инфляция не падает, а экономика не растет — возникает именно та ситуация, которую экономисты считали почти невозможной: одновременный спад и дорожание.

Что на самом деле скрывается под словом стагфляция

Термин предложил британский политик Ян Маклеод в 1965 году, соединив два слова: стагнация (замораживание экономического развития) и инфляция (рост цен). Но это не просто академическое определение — это опасное состояние, при котором стандартные экономические инструменты дают противоположный результат.

Обычно связь работает так: низкая безработица порождает инфляцию, потому что люди много тратят, а предложение товаров не успевает. Высокая безработица, напротив, подавляет цены. Стагфляция разрывает эту логику: растет и то, и другое одновременно.

Когда валовой внутренний продукт падает, а деньги дорожают, экономика входит в спираль: люди беднеют, бизнес сокращает производство, безработица растет, потребительский спрос падает еще больше. Если это затягивается, может случиться финансовый кризис.

Почему стагфляция возникает: три главных виновника

Монетарная политика встречается с налоговой — и конфликт неизбежен

Центральные банки управляют денежной массой и процентными ставками. Правительства влияют на экономику через налоги и бюджетные расходы. Когда эти два инструмента работают в разные стороны, беда.

Представьте: правительство повышает налоги, люди начинают экономить, спрос падает. В то же время центральный банк печатает деньги и снижает ставки. Результат парадоксален: денег в системе больше, но реальная экономика замораживается. Это создает идеальные условия для стагфляции.

Когда государство отказалось от золота

До Второй мировой войны большинство валют были привязаны к золотому запасу — это ограничивало рост денежной массы. После войны система золотого стандарта рухнула, уступив место фиатным валютам, обеспеченным только доверием государства.

Это дало центральным банкам свободу действий, но создало новый риск: они могли печатать деньги без ограничений. Когда экономика слабела, а правительство требовало денег, инфляция становилась более вероятной. Стагфляция стала возможной именно в эпоху фиатных денег.

Нефть как спусковой крючок

Энергоресурсы — это артерия современной экономики. Если нефть дорожает, то вслед за ней дорожает все: электричество, доставка, производство. Компании либо поднимают цены, либо сокращают выпуск. Потребители платят больше и покупают меньше. Экономика одновременно сжимается и дорожает — классическая стагфляция.

Дефицит предложения, будь то энергоресурсы или сырье, работает как огромный налог на всю экономику.

Три школы мысли о том, как выжить при стагфляции

Монетаристы: давайте контролировать деньги

Монетаристы считают, что всё зависит от денежной массы. Они говорят: инфляция — главный враг, сокращаем деньги, повышаем ставки, люди начинают откладывать, спрос падает, цены снижаются.

Правда, это не решает проблему безработицы и падения производства. Придется потом отдельно бороться с рецессией — через мягкую денежную политику и фискальные стимулы. Получается как бы “экономическое маятание” с периодами кризиса.

Сторонники предложения: нужно производить больше дешевле

Другой подход: проблема не в деньгах, а в предложении. Нужно субсидировать производство, снижать затраты, повышать эффективность. Контролировать цены на энергоносители. Если товаров будет больше, а они будут дешевле, то инфляция упадет, а экономика будет расти.

Звучит логично, но на практике государственное вмешательство часто создает искажения рынка и новые проблемы.

Сторонники свободного рынка: дайте людям решать

Есть те, кто верит, что лучше всего стагфляция лечится сама собой. Дорогие товары люди покупать не будут, спрос упадет, цены вернутся в норму. Рынок труда саморегулируется, находя равновесие между зарплатами и занятостью.

Загвоздка в одном: это может занять годы или десятилетия низкого уровня жизни. Как сказал Кейнс, “в долгосрочной перспективе все мы мертвы”. Никакое правительство не может ждать так долго.

Как стагфляция сотрясает мир криптовалют

Люди копят, а не инвестируют

Когда экономический рост замирает, люди тратят меньше на рискованные активы. Акции падают, криптовалюта падает. Розничные инвесторы продают свои биткоины и альткоины, потому что им нужны реальные деньги на еду, коммунальные услуги, топливо.

Крупные инвесторы тоже массово сокращают портфели высокого риска. Криптовалютный рынок, чувствительный к настроениям, реагирует резким падением.

Центральный банк повышает ставки — криптовалюта падает

Борьба с инфляцией начинается с одного: сокращение денежной массы, повышение процентных ставок. Тогда люди предпочитают хранить деньги в банках на процентах, а не искать высокодоходные инвестиции. Спрос на криптовалюту падает, цены падают вместе с ним.

Эта фаза может длиться месяцы или годы, пока инфляция не будет прижата.

Когда инфляция под контролем — криптовалюта оживает

Как только центральный банк возьмет инфляцию в клещи, он переходит ко второй фазе: количественное смягчение и снижение ставок. Денежная масса растет, инвесторы снова ищут рискованные активы, криптовалютные рынки оживают.

Биткоин как страховка от дорожания денег

Многие видят в Биткоине защиту от инфляции. Когда деньги теряют ценность из-за того, что их печатают слишком много, люди ищут что-то твердое. Биткоин имеет фиксированный запас — максимум 21 миллион монет. Это как цифровое золото.

Для долгосрочных инвесторов, накапливавших криптовалюту годами, такая стратегия может сработать. Но во время самой стагфляции, когда все падает одновременно, Биткоин может не помочь — он коррелирует с фондовыми рынками и падает вместе с ними.

Почему стагфляция — головная боль для политиков

Обычные инструменты экономической политики здесь не работают. Если ты снижаешь ставки, чтобы помочь экономике, — раздуваешь инфляцию. Если повышаешь ставки, чтобы подавить дорожание, — давишь экономику и растишь безработицу.

Нужно понимать, что именно вызвало стагфляцию: проблема в деньгах, в затратах производства или в потребительском спросе? От ответа зависит выбор лечения.

При стагфляции экономистам приходится думать не как обычно — не линейно, а многомерно. Денежная масса, процентные ставки, спрос и предложение, уровень занятости — все эти факторы нужно анализировать как единую систему, а не как отдельные переменные. Именно поэтому стагфляция остается одной из самых сложных задач для макроэкономической политики.